Улыбайтесь, друзья!

Улыбайтесь, друзья!Улыбайтесь, ведь улыбка, это флаг корабля. А флаг корабля, символ победы! Более того, медициной доказано, что каждая улыбка посылает нашему сердечку драгоценные импульсы здоровья, счастья, а что может быть для человека важнее этого. Известно, что сам товарищ Сталин любил посмеяться над своими соратниками, когда на вечерних посиделках у себя на Ближней даче, тайно подкладывал на стулья, кому помидор, кому баклажан, а кому и яйцо сырое. Хрущёва же, почти всегда заставлял плясать: «Мыкита, давай гопака»! И тот давал, всегда был в боевой готовности.

Однажды, вождь всех времён и народов, как его частенько называли, публично высмеял даже председателя Президиума Верховного Совета СССР Михаила Ивановича Калинина, когда тот, якобы, прокололся на вручении наград деятелям культуры, в частности, вручив актрисе Любови Орловой сразу два ордена, сначала орден Ленина, а потом ещё и орден Трудового Красного Знамени! Одновременно, одним Указом.

Все, кто был в Георгиевском зале Кремля в тот момент, просто оцепенели: что за чудо такое? Такого ещё не бывало! В зале сам товарищ Сталин сидит, а тут такой конфуз!

- Этот наш дедушка Калинин, совсем из ума выжил, постарел - хмыкнул товарищ Сталин, в своей ложе, - пора на пенсию провожать, ничего уже не соображает.

Калинин от таких слов, чуть в обморок не упал.

…Так что же случилось? Как такое могло произойти? Как?!

А вот так. Когда Сталину доставили проект Указа о награждении героев фильма режиссёра Григория Александрова «Волга-Волга», который вождь просто обожал, и вдруг не обнаружил в первом разделе Указа, главную героиню фильма Любовь Орлову! Это была катастрофа! Крепко возмутившись этим обстоятельством, он взял ручку, и собственноручно вписал туда свою любимицу! Как могли пропустить?! Он ведь не знал, что Любовь Орлова была в том Указе, но во втором разделе, на орден Трудового Красного Знамени. А поскольку второй и третий разделы Указа, вождя мало интересовали, и поскольку он не вычеркнул её фамилию во втором разделе, то так и вышло, что Орлова одновременно стала кавалером сразу двух высших наград страны. Кто бы посмел вычёркивать её из второго раздела, если уж сам товарищ Сталин не вычеркнул. Даже министр кино Семён Дукельский не пошёл на это кощунство. Указ был подписан. Сталин недоглядел, а виноватым оказался Калинин. Указ-то подписывал он, и награды вручал он, а товарищ Сталин сидел в правительственной ложе, и хитро ухмыляясь, покручивал усы.

…Ещё более забавная история произошла с Никитой Хрущёвым в 1960 году, в городе Баку, куда он прибыл вскоре после возвращения из США. Тут уж я был живым свидетелем всего, что происходило на стадионе имени Ленина. Хрущёв появился на трибуне с большим опозданием, видно, приём в ЦК республики был очень жарким. В то время как мы часа три изнывали от жары под палящим солнцем на трибунах стадиона, они там, в тиши партийных кабинетов, свою жажду встречи утоляли.

И вот… дождались! «Красное Солнышко» появилось на трибуне.

- Здравствуйте, товарищи азирбижанцы! Меня зовут Хрущёв, фамилия моя Никита Сергеевич! – так он начал свою пламенную речь, надо полагать, после хорошего застолья.

Ну, ясно…

- Как вы знаете, я только что вернулся из Америки, где мы с Ду… Ду… Ду-айтом Эйзи… Айзи… в общем, с президентом Америки договорились, что воевать мы не будем, армия нам больше не нужна, генералов отправим в колхозы, пусть там командуют, поднимают сельское хозяйство…
Прекрасно! Ай, да Никита Сергеевич, ай, да молодец! Мне ведь со дня на день в армию нужно было идти, свой воинский долг Родине отдавать, а тут…
Забегая вперёд, скажу, что буквально на следующий день после этой встречи, в журнале «Огонёк», на первой обложке красовался роскошный снимок, где здоровенный мужик, в крестьянских, яловых сапогах, но в галифе с генеральскими лампасами, в фуфайке, и со снопом пшеницы в руках, демонстрирует урожай окружающих его полей. Красота!

Но не это главное. Главное вот в чём. К Хрущёву настойчиво прорывалась там одна настырная гражданка. Ёе задерживали, отгоняли, отводили в сторонку, но она снова выскакивала, что-то выкрикивая и размахивая над головой каким-то, судя по всему, важным конвертом. Хрущёв заметил это дело, и велел пропустить её к трибуне, лично решил разобраться, взял конверт, открыл и прочитал прямо в микрофон содержание записки: «Дарагой Никит Сергеич! У мине семь детей есть, и ни адна квартира нету! Йохтур бурда. Нада помогат».

Хрущёв злобно повернулся к главе республики Ахундову и сурово спросил: «Вели, это что такое?! Как такое может быть?». Вели Юсифович сильно растерялся, весь скукожился, а потом вдруг спохватился и торжественно провозгласил: «Сразу после этой встречи, дорогой Никита Сергеевич, гражданка… как её там… гражданка Гасанова, получит ордер на… пятикомнатную квартиру! В самом центре города! Лично буду вручать!».
- Вот это ты молодец! – Хрущёв крепко пожал руку Ахундову. – Так поступают настоящие коммунисты! Спасибо за оперативность.

…Трибуны стадиона встретили это сказочное сообщение, бурными, долго не смолкающими аплодисментами, переходящими в овацию. В воздух летели кепки, газетки, борсетки, всё, что было под рукой. Я всё это видел, всё это оценил, такое невозможно забыть. Ведь это, поистине, незабываемо. Фантастика!
Но, дорогие друзья, это не всё! Пик этого сумасшедшего торжества наступил тогда, когда Никита Сергеевич наклонился к микрофону, и обратился к многотысячной «аудитории» стадиона имени Ленина с животрепещущим вопросом: «У кого ещё квартиры… НЕТУ?!».

Ну, ребята… Тут стадион, как бы, на секунду в обморок упал, а по-то-ом взорвался таким фейерверком эмоций, выкриком лозунгов, просьб, и здравиц, что передать это в двух словах просто невозможно. Вот такие были времена НАШЕГО социалистического бытия.
Спасибо за внимание, как говорится, и… до новых встреч.

Валерий ТАТАРИНЦЕВ